Моя психотерапия в рамках НЛП-парадигмы


Создание моей психотерапии, которую позже я назвал Психохирургией, началось еще в далеком 1989 году, когда я присутствовал на первой конференции по НЛП в Новосибирске. И тогда все, что там говорилось о возможностях манипулирования людьми с помощью НЛП, вызвало у меня чуть ли не ужас (какого монстра выпустили на просторы нашей страны!).

Но потом, когда я почитал книги и стал потихоньку использовать эти методы, я понял, что все не так страшно. Они даже у меня, опытного психотерапевта, работали очень слабо. И только тогда, когда я «индивидуализировал» эти технологии, то есть когда я их приспособил к себе, то стал получать хоть какие-то результаты.

Но потом я понял, что очень важно все эти техники приспособить под российский менталитет. Замечено, что современные западные психотехнологии (особенно применяемые в неизменном виде), почему - то плохо работают в нашей стране. Те из них, что внешне несут компонент, позволяющий предположить магический механизм их работы (КИП Лейнера), еще ни шатко, ни валко, но идут.

Видимо, это связано с тем, что они изначально ориентированы на длительную работу с постепенным осознаванием причин, которые привели к болезни (как это в наиболее ярком виде происходит в психоанализе). А наша национальная психология такова, что очень многие люди ориентированы на быстрое, чуть ли не одноразовое лечение. Поэтому в нашей стране очень популярны экстрасенсы.

Мы, как специалисты, прекрасно понимаем, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. А дешевый плохо переваривается, малокалориен и от него можно заболеть! А подкова никогда не принесет счастья до тех пор пока не прибьешь ее к копыту и не начнешь пахать как лошадь.

Но психология людей, живущих в нашей стране, сформирована такими сказками как «По щучьему велению…», которые внедряют в массовое сознание идею, что можно ничего не делая, получить все.

Естественно, большую роль играет низкий уровень интеллектуального развития (особенно в провинциях). И вследствие этого примитивно - организованное бессознательное просто не может понять, что же от него хотят. Во-вторых, в нашей стране, мягко говоря, не поощрялась самость, принятие на себя ответственности за последствия своих поступков. Например, в 20-х годах в стране действовал закон, который смягчал приговор за преступление, если человек был пьян! В нашей культуре только сейчас начинает распространяться очень простая мысль, что если ты беден, болен и ничего не достиг в жизни, то это результат твоих лени, ограниченности и надежды на щуку-волшебницу.

Гештальт-терапия, если она проводится в классическом варианте, очень часто вызывает у пациентов злость и отторжение, что, понятно, способствует их уходу от лечения и плохо влияет на «сарафанное радио».

НЛП было создано американцами и в значительной степени наследует их дух. Оно редко интересуется содержанием человеческого опыта. Меня в свое время сильно коробило предложение отцов-основателей НЛП называть проблему пациента «проблемой Х». От этого выражения так воняет американизмом…

То есть НЛП в том виде, в котором оно пришло в нашу страну, совершенно не интересовало, почему и в результате чего у человека появились проблемы. И в этом плане НЛП очень сильно напоминало мне сайентологию Хаббарда. Естественно, что хорошо быку, не подходит для Юпитера. И НЛП в нашей стране претерпело значительную трансформацию, как бы «потеплело». Во всяком случае, мой вариант работы с НЛП – парадигмой безусловно является более подходящим для русского менталитета, чем классический.

 Но самый главный прорыв в эффективности у меня произошел тогда, когда я стал приспосабливать эти техники не только к КАЖДОМУ пациенту, но даже к каждому сеансу с ним.

Очень трудно изложить НЛП в систематизированном виде. Это связано с тем, что эта технология прямо и непосредственно направлена не на объяснение, а на изменение. Поэтому усвоение НЛП требует не столько теоретических знаний, сколько практических навыков.

Создатели НЛП Д.Гриндлер и Р.Бендлер предлагают рассматривать его использование как своеобразный образовательный процесс – как бы переобучение мозга. В результате индивидуального развития человек приучается на многие вещи реагировать стереотипно и автоматически, что далеко не всегда полезно и эффективно для него.

С точки зрения НЛП то, как обучается человек, как он общается с людьми, является ли он творческой личностью, зависит от его исходных (корневых) убеждений. И НЛП помогает заменить старые программы на новые, более продуктивные и адаптивные. Таким образом, НЛП предлагает новую и более эффективную стратегию ускоренного ПЕРЕОБУЧЕНИЯ ради более эффективного общения. НЛП таким образом обеспечивает людей практическими навыками, которые  позволяют добиться желаемых ими результатов. НЛП по большому счету не техника психотерапии, это обучение пациента новым стратегиям достижения цели.

Также вполне обоснованно можно назвать НЛП  химерой. В том смысле, что в нем круто замешаны в одно  целое гештальт-терапия (на основе работ Ф.Перлза), семейная психокоррекция (В. Сатир), и кибернетика с гипнозом (Г.Бейтсон и М.Эриксон). И надо сказать, что в результате получилось не чудовище (хотя в начале знакомства с НЛП у меня было такое мнение), а вполне рабочая «лошадка».

НЛП демонстрирует процесс отточенности одного подхода (диссоциации\ассоциации), эффективности четкой технологии. Но беда всех технологий заключается в том, что малейшее изменение процесса приводит к ломке всего технологического процесса, необходимости перенастройки ВСЕЙ системы.

Очень важным в НЛП является то, что оно отталкивается не от негатива (как избавиться от…), а стремится к позитиву (как прийти к…) Наш мозг не понимает частицы «не». И когда мы говорим: «Я не хочу того-то и того-то!», то даем диаметрально противоположную от желаемой команду своему мозгу.

 

Основными технологиями НЛП являются работа с субмодальностями, с речью, якорение, изменение сценариев жизни, работа с частями психики и линиями жизни. Мне в свое время больше всего понравилась работа с Рефреймингом. Рефрейминг (буквально - вставить в новые рамки) - творческое переформирование психики, использующее заложенные в самом пациенте возможности выздоровления. Смысл его - какому-то явлению (событию в жизни, симптому) придается новое значение.

И я многие годы разрабатывал именно это направление в НЛП. И на этих страницах излагаю свои подходы в работе в частями Я, а также практические техники, которые позволяют добиться  необходимой трансформации психики пациента.

Очень важно то, что я вполне определенно могу сказать, что я НЕ ЗАНИМАЮСЬ НЛП. Я применяю принципы НЛП для достижения поставленных передо мной пациентом целей. Во вторых, все мои техники (в отличии от НЛП) ни в коей мере не являются ни манипулятивными, ни насильственными.

Перед тем, как начать изменения, я получаю сознательное согласие на эту работу (доктор, помогите мне!). А когда я создаю кинестетический канал разговора с бессознательным, то получаю согласие на сотрудничество от бессознательного. Также очень важно, что кинестетический канал как бы «проявляет» слабые сигналы – субмодальности. Эти сигналы в гипнотическом состоянии и через кинестетический канал превращаются во вполне видимые (и осязаемые!) кинестетические сигналы.

И каждый следующий шаг в рефрейминге делается только после достижения консенсуса с той или иной структурой психики. И, понятно, что все эти технологии изменения отношения пациента к проблеме авторские и исполняются совсем не так, как в классических форматах, которые установили создатели НЛП.

В своей работе я основываюсь на аналогии нашего разума с мощным компьютером, в котором психика является набором программ. И качество жизни человека зависит от того «программного обеспечения», которым он пользуется в своей ежедневной жизни. И в рамках этой концепции вполне логична мысль, что улучшение «программ» приведет к лучшему и более эффективному функционированию этого «компьютера».

Моя работа с любой патологией напоминает работу с «зависшим» компьютером: вошел в операционную систему, нашел вирус или дефектный файл, убрал ненужное, добавил необходимое, перезагрузил «биокомпьютер».

Например, мы обращаемся к исполнительному файлу (с расширением .ехе). После загрузки этого файла компьютер начинает работать по той программе, которая находится в нем. Но мы можем изменить этот файл. И работа компьютера из-за этого тоже изменится. То же самое и с нашей психикой в результате рефрейминга. Когда мы разговариваем с частью Я, ответственной за выполнение какой-либо функции, то мы ее меняем. И ее воздействие на психику, на конечное поведение тоже неизбежно изменится. И эта работа проводится быстро, эффективно и качественно.

 

И, самое главное, после этого «биокомпьютер» практически тут же начинает работать так, как надо. Мои авторские техники в НЛП-парадигме в отличии от многих других технологий на деле демонстрирует свою действенность и обеспечивает действительно быстрые (и достаточно устойчивые) изменения в психике пациента.

Критерием эффективности моего варианта психотерапии является то, что мне доверяют с собой работать мои родственники. И я им помогаю. Но, как мы знаем, давно известно, что работать со своими родственниками психотерапевту не удается. А вот работа моими авторскими техниками на основе НЛП-парадигмы в гипнозе позволяет диссоциироваться от этого. Когда я работаю с их бессознательным, то как бы я работаю не с ними. И это не вызывает сознательной блокировки идущей от меня информации.

Моя работа с частями Я – это работа с силами, квази-живыми существами, достаточно вздорными и ветреными. Бессознательное можно обозначить как парламентскую вольницу, где части Я достаточно часто дерут друг другу чубы. Болезнь это тупик, который образовался из-за того или иного конфликта между этими силами, из-за чего останавливается процесс развития. Во время рефрейминга я ищу обходные пути для продолжение процесса. 

Основная цель моей работы в НЛП-парадигме – диссоциировать человека от попыток решения его проблемы на сознательном уровне. Ведь человеку уже много раз говорили – возьми себя в руки, стисни зубы и преодолей! И в ряде случаев он действительно пытался это делать. Но он много раз возвращался к одному и тому же разбитому корыту. И у него в результате сложилось предубеждение: лично я ничего с этой проблемой сделать не могу.

Но при работе с бессознательным по моей системе он чувствует принципиальную разницу в подходе к лечению его болезни. Многие мои пациенты говорили мне, что сознание не успевает за той работой, которую бессознательное проводит во время сеанса. Одна моя пациентка даже обиделась на меня (что он так тараторит!) за то, что я задавал вопросы, получал ответы от бессознательного, а она их даже обдумать не успевала. Но, понятно, что я в своей работе с ней ориентировался на сигналы от бессознательного. И когда оно отвечало на мой вопрос,  я переходил к следующему этапу рефрейминга.

Рефрейминг - это нахождение такого варианта взаимоотношений между сознанием и бессознательными структурами, когда между ними устанавливается режим сотрудничества. Все части Я, относительно которых проводился рефрейминг,  после него начинают работать в режиме консенсуса, но не подавления меньшинства большинством (или более сильным слабого). А это позволяет  на данном уровне развития психики и при данных конкретных условиях жизни прийти к большей гармонии с собой и окружающим миром.

Задача рефрейминга – расширить границы дозволенного для данного конкретного человека. Это позволяет человеку начать жить более свободно в этих расширенных границах. Ограничения же будут появляться только тогда, когда он начнет переходить уже новые, установленные этим рефреймингом, границы.

Большинство переживаний, которые образуются в процессе жизни, люди рационализируют, то есть говорят себе примерно следующее: «А, ерунда! Мне что - с ним детей крестить?» И эмоции относительно этого события теряют свою силу. Но отрицательные переживания, которые по той или иной причине не удалось рационализировать, остаются активной силой, действующей на бессознательном уровне. И они «мутят воду» бессознательного.

Мне очень нравится сравнение этих подавленных переживаний с занозами, вокруг которых накапливается гной. Когда гной не может выйти на поверхность, он всасывается в кровь. И от этого человека начинает лихорадить. Если же этот гнойник разрезать и удалить занозу, то гной в результате вытечет, а рана зарастет. И человек выздоровеет.

То же самое можно сделать и с теми событиями, которые мы когда-то не смогли рационализировать и которые были вытеснены в бессознательное. Если изменить отношение к тому факту, который находится в бессознательном, и оттуда влияет  на поведение и самочувствие, то это  воздействие прерывается. Это событие теряет свою потенциальную силу и превращается в рядовой факт из жизни.

Считается, что части Я «мыслят» на уровне 6-ти летнего ребенка. В НЛП мы обучаем бессознательное элементам взрослой логики. Моя работа с частями Я обучает их пониманию новой реальности, с которой им теперь придется считаться. Это своеобразный Сократовский диалог. Но только с бессознательным.

И части Я начинают понимать мир не так, как понимал его ребенок, а уже как взрослый человек. В результате договора с частью Я, ответственной за ту или иную болезнь, она начинает учитывать не только свои узкие интересы, но интересы всего организма.

В моей системе психотерапии разговор с бессознательным пациента через руку в состоянии гипноза является эффективным приемом диссоциации моих техник от 1 Я. Когда делается рефрейминг с человеком, находящимся  в сознательном состоянии, возможность для диссоциации намного ниже, чем это удается добиться при помощи сеанса официального наведения транса.

Поэтому здесь, на страницах этой книги, я при изложении своих авторских техник на основе НЛП-парадигмы свое основное внимание направил не на теорию, а на изложение своей практической работы с пациентами.

Мне представляется, что «наблюдение» за сеансом намного быстрее поможет вам понять смысл и внутреннюю логику моих технологий, чем многие страницы теоретизирований.

Важно также то, что я использую НЛП-техники на фоне гипнотического состояния. И работаю с бессознательными структурами через кинестетический канал. Это позволяет получить доступ к глубинным слоям бессознательного. Во время гипнотического состояния (пусть даже неглубокого) человек находится в пассивном, обезволенном состоянии. И я временно, с его разрешения, встаю на место центра его воли. Я, как психохирург, проникаю внутрь его психики и произвожу внутри него те изменения, которые он мне поручил  сделать. Это своеобразный широкополосный доступ к бессознательному по выделенной линии! И здесь я приведу базовую схему этой работы.


Архив записей

Выполните вход на сайт, чтобы оставить комментарий